11 декабря — память священномученика митрополита Серафима (Чичагова)

Митрополит Серафим (Чичагов) был одним из сонма новомучеников и исповедников Церкви Русской, пострадавших в годы гонений на веру со стороны советской власти. В своём пастырском служении он, как мог, поддерживал веру в простом народе в тяжелое для Церкви время. Он прошёл путь от воина Русской армии до епископа Русской Церкви. В каждом из своих служений владыка следовал Божией истине, за которую, в конце концов, он положил и свою душу. Арестованный и ложно обвинённый властями, владыка Серафим был расстрелян на печально известном Бутовском полигоне в 1937 году.

Святитель Серафим (в миру – Леонид Михайлович Чичагов) родился 9 января 1856 года в Санкт-Петербурге, в семье полковника артиллерии Михаила Никифоровича Чичагова и его супруги Марии Николаевны. Семья будущего святителя принадлежала к одному из наиболее знаменитых дворянских родов Костромской губернии. Святитель Серафим начал своё служение Богу как служение Царю и Отечеству на поле брани, и именно это служение воина стало для него, как и для его предков, первым опытом самоотверженного служения Богу в миру́. Он стал участником почти всех основных событий кровопролитной Русско-турецкой войны (1877-1878), в которых проявлял высокий личный героизм.

Промысл Божий, уберегший поручика Чичагова от смерти и ранений на полях брани, привёл его вскоре после возвращения в Санкт-Петербург в 1878 году к встрече с великим пастырем, святым праведным Иоанном Кронштадтским, разрешившим многие духовные вопросы молодого офицера и ставшим на все последующие годы непререкаемым духовным авторитетом для будущего святителя, который с этого времени многие свои важнейшие жизненные решения принимал лишь с благословения отца Иоанна.

Научившись ещё на войне глубоко сопереживать физическим страданиям раненых воинов, Леонид поставил перед собой задачу овладеть медицинскими знаниями, для оказания помощи своим ближним. В дальнейшем значительным итогом его многолетних медицинских опытов стала разработанная им и испытанная на практике система лечения организма лекарствами растительного происхождения, изложение которой заняло два тома фундаментального труда «Медицинские беседы».

В это же время в жизнь Леонида Чичагова вошли и систематические богословские занятия, в результате которых не получивший даже семинарского образования офицер превратится в энциклопедически образованного богослова, авторитет которого со временем будет признан всей Русской Православной Церковью. Промысл Божий неуклонно подводил его к решению о принятии священного сана. 26 февраля 1893 года в московском синодальном храме Двунадесяти апостолов Леонид Чичагов был рукоположен в сан диакона; пресвитерская хиротония последовала через два дня, в той же церкви.

Испытания первого года священнического служения отца Леонида оказались усугублёнными неожиданной тяжелой болезнью супруги, матушки Наталии, которая привела в 1895 году к её безвременной кончине, лишившей матери четырёх дочерей, старшей из которых было 15, а младшей – 9 лет. Отец Леонид перевёз тело почившей супруги в Дивеево и похоронил на монастырском кладбище. Вскоре над могилой была возведена часовня, и рядом с местом погребения матушки Натальи отец Леонид приготовил место для собственного погребения, которому, впрочем, так и не суждено было принять мощи будущего священномученика.

Оставшись вдовцом, батюшка стал задумываться о принятии монашества. В 1898 году, оставив своих уже повзрослевших дочерей на попечение нескольких доверенных лиц, призванных следить за получением ими дальнейшего образования и воспитания, он был зачислен в число братии Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. В августе 1898 года будущий священномученик принял монашеский постриг и получил имя Серафим. Спустя год он был назначен настоятелем Суздальского Спасо-Евфимиева монастыря с возведением в сан архимандрита. Как и на предыдущих местах служения, в суздальской обители отец Серафим проявил себя энергичным и рачительным хозяином. За пять лет своего игуменства он восстановил в монастыре как хозяйственную, так и духовную жизнь, которые до этого пребывали в упадке.

В 1902 года усилиями архимандрита Серафима была переиздана впервые вышедшая в 1896 года «Летопись Серафимо-Дивеевекого монастыря». Это второе издание «Летописи» имело особое значение для канонизации преподобного Серафима Саровского, открывая перед всей Россией величие благодатных даров преподобного, отозвавшихся чудесным образом в жизни его многочисленных духовных чад. По настоянию императора Николая II, в августе 1902 года комиссией во главе с будущим священномучеником митрополитом Московским Владимиром (Богоявленским), в которую входил и архимандрит Серафим (Чичагов), было осуществлено предварительное освидетельствование мощей преподобного Серафима.

29 января 1903 года произошло событие, которого в это время с нетерпением и надеждой ожидали не только архимандрит Серафим и другие участники торжественного открытия мощей преподобного Серафима Саровского, но и многие верные чада Русской Церкви, которые уже сподобились приобщиться к молитвенному почитанию преподобного, сопровождавшемуся многочисленными чудотворениями. Святейший Синод принял деяние, на основании которого саровский старец Серафим причислялся к лику святых Русской Православной Церкви.

В феврале 1904 года отец Серафим был снова переведён, теперь уже в Воскресенский Ново-Иерусалимский монастырь, где всего за год служения успел провести реставрационные работы в главном храме.

Однако, Промыслом Божиим отцу Серафиму уготовано было новое церковное служение. 28 апреля 1905 года в Успенском соборе Московского Кремля будущим священномучеником митрополитом Московским Владимиром (Богоявленским) в сослужении других епископов была совершена хиротония ещё одного будущего священномученика архимандрита Серафима во епископа Сухумского.

Уже первое место епископского служения святителя Серафима, древняя Православная И́верская земля, стала для него местом испытаний в связи с событиями, которые наступили в результате революционной смуты, разразившейся в России. С этого времени и до конца его дней архиерейское служение оказывалось для святителя Серафима неразрывно связанным с мужественным стоянием за чистоту Православной веры и единство Русской Церкви, которое священномученик Серафим, будучи продолжателем воинской славы своих доблестных предков, осуществлял уже в качестве воина Христова на поле духовной брани.

Уже через год – в феврале 1906 года – владыка был назначен епископом Орловским и Севским. На Орловской кафедре владыка проявил себя деятельным архипастырем. В первую очередь он сконцентрировал своё служение на возрождении духовности в простом народе. С этой целью он распространял среди рядового духовенства просвещающую литературу, проповедовал, занимался делами милосердия. Также владыка пришёл к ставшему определяющим всю его дальнейшую архипастырскую деятельность убеждению, что полноценное развитие епархиальной жизни возможно лишь на основе активно действующих приходских общин. Он организовал при храмах своей епархии приходские советы, которые помимо сугубо церковных дел занимались широкой социальной и благотворительной деятельностью.

Все эти труды не остались незамеченными в столице, и в сентябре 1908 года владыка был переведён на Кишинёвскую кафедру, где ему предстояла такая же непростая работа по возрождению духовной жизни. С глубокой душевной болью покинув Орловскую кафедру, святитель Серафим 28 октября 1908 года прибыл в Кишинёвскую епархию, состояние которой превзошло самые худшие его ожидания. Тяжелым испытанием для владыки Серафима вскоре после его переезда в Кишинев стала кончина в декабре 1908 года святого праведного отца Иоанна Кронштадтского, все эти годы продолжавшего оставаться духовным отцом святителя.

Трёхлетняя созидательная деятельность святителя Серафима на Кишиневской кафедре привела к подлинному преображению епархии. За годы служения в Кишинёвской епархии ему удалось восстановить приходскую жизнь до такого высокого уровня, что он заслужил похвалу лично от императора Николая II:

Святительское служение ваше, отмеченное ревностью о духовно-нравственном развитии преемственно вверявшихся вам паств, – говорилось в Высочайшем указе, – ознаменовано особыми трудами по благоустроению Кишиневской епархии. Вашими заботами и попечением множатся в сей епархии церковные школы, усиливается проповедническая деятельность духовенства и возвышается религиозное просвещение православного населения Бессара́бии. В изъявление Монаршего благоволения к таковым заслугам вашим Я признал справедливым возвести вас в сан Архиепископа.

В марте 1914 года владыка Серафим был назначен архиепископом Тверским и Кашинским. Предвестием испытаний гражданской смуты для святителя, также как и для всей России, стала начавшаяся в 1914 году Первая мировая война, на которую владыка отозвался не только как архипастырь, умевший облегчать скорби людей, пострадавших от войны, но и как бывший русский офицер, хорошо сознававший нужды русских воинов, защищавших своё Отечество в тяжелейших условиях кровопролитнейшей из всех войн, известных тогда человечеству. Взывавшие к стойкости и одновременно к милосердию проповеди и сборы пожертвований для раненых и увечных воинов, вдохновенные молитвы о победе русской армии и участие в мероприятиях по организации помощи беженцам и по оснащению необходимыми средствами госпиталей и санитарных поездов, наконец, призывы к епархиальному клиру вступать в ряды военного духовенства, а приходским причетникам не уклоняться от воинской службы – таков далеко не полный перечень деяний святителя Серафима в течение всего периода войны.

На новой кафедре ему пришлось пережить немало трудностей, так как после прихода к власти в 1917 году сначала Временного правительства, а позже – большевиков, началась настоящая травля владыки. В декабре 1917 года Вероисповедный отдел Тверского губисполкома Совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов выдал предписание об окончательной высылке владыки Серафима из Тверской губернии. Желая уберечь святителя от бесчинной расправы большевиков, Патриарх Тихон за несколько дней до разгона Поместного Собора успел принять решение о назначении владыки Серафима на Варшавскую и Приви́сленскую кафедру, находившуюся на территории свободной от власти большевиков Польши, однако из-за политической обстановки владыка так и не смог выехать на место нового служения. Теперь он жил (почти не выезжая) в Черниговском скиту близ Троице-Сергиевой Лавры.

4 июня 1921 года ничего не подозревавшему о надвигавшейся на него опасности святителю Серафиму был вынесен первый в его жизни приговор, принятый на проходившем без его присутствия заседании судебной тройки ВЧК и постановивший «заключить гражданина Чичагова в Архангельский концлагерь сроком на два года». Впрочем, находившийся под секретным наблюдением ВЧК владыка Серафим продолжал оставаться на свободе, ожидая разрешения на отъезд в Варшавскую епархию, и был неожиданно для себя арестован 21 сентября 1921 года и помещён в Таганскую тюрьму. После того, как владыка тяжело заболел, в январе 1922 года он был выпущен на свободу. Затем последовали неоднократные аресты и освобождения архипастыря. Последовало и новое назначение – на Ленинградскую кафедру.

В это печальное время в Ленинграде состоялось первое массовое закрытие крупных приходских храмов (некоторые из них тут же демонстративно снесли); в феврале 1932 года были арестованы, а затем высланы практически все монашествующие. При паспортизации городского населения владыка не получил прописку в Ленинграде и был вынужден выехать в Тихвин.

После ухода на покой владыка проживал в Москве. 30 ноября 1937 года он был вновь арестован, и, находясь в состоянии тяжёлой болезни, был вынесен из дома на носилках и доставлен в Таганскую тюрьму на арестантской машине под видом машины «скорой помощи». 7 декабря 1937 года тройка УНКВД по Московской области приняла постановление о его расстреле по обвинению в «контрреволюционной монархической агитации».

Источник: Агиографический календарь «Аксиос!», №1, стр. 22.